Нам, жителям Запада, прожившим 70 лет в мире, поддерживаемом международным порядком, установившимся после Второй мировой войны, мало знакомы тревога и страх, в которых ежедневно живут украинцы и другие люди в зонах боевых действий.
Ужасающие сообщения о жестоких обстрелах детской больницы «Охматдет» в Киеве, произведенных Россией всего несколько дней назад, а также других больниц и гражданских объектов, потрясли город, страну и весь мир, продемонстрировав бездушное неуважение Кремля к международному праву.
Для Иры Капитоновой и ее семьи в Киеве российские ракеты – это страшно, и она и ее близкие испытывают страх и тревогу во время воздушных атак или длительных отключений электричества. Ира написала, как несколько дней назад их ужин был прерван воем сирен, и заканчивать его им пришлось в прихожей. Немного позже они черпали в мужество Библии, во время своих ежедневных чтений: «Итак, не бойтесь их, ибо нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, что не было бы узнано… И не бойтесь убивающих тело, души́ же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне» (Матфея 10: 26, 28).
На западе последствия выборов в Великобритании, Франции и Европейском парламенте, недавно вступившее в должность (ультра) правое правительство в Нидерландах и предстоящие президентские выборы в США, где борьбу ведут два кандидата преклонного возраста, создали в Европе и за ее пределами атмосферу непредсказуемости… и страха.
Инстинкт ухода в изоляционизм и национализм вполне понятен. Однако он играет на руку авторитарным, антидемократическим силам, пытающимся свергнуть нынешний международный порядок, основанный на глобальном управлении, экономической стабильности и коллективной безопасности. Этот порядок был сформирован в ответ на провал Версальского мира и Лиги Наций, Великую депрессию и жестокость Второй мировой войны.
По ту сторону Атлантики американцы всегда опасались, что участие в мировой политике поставит под угрозу их грандиозный эксперимент. К присоединению к борющимся с Гитлером союзникам, их подготовила совсем не атака на Перл-Харбор в декабре 1941 года. За одиннадцать месяцев до этого, 6 января 1941 года, на фоне огромной глобальной неопределенности и непредсказуемости, президент Франклин Рузвельт выступил со своей знаменитой речью о «четырех свободах» (‘Four Freedoms’) в своем ежегодном обращении к Конгрессу «О положении дел в стране»
Готовя речь с тремя помощниками в своем кабинете, Рузвельт закрыл глаза, откинулся на спинку вращающегося кресла, попросил знаком тишины и после долгой паузы начал медленно диктовать видение свободы, охватывающее весь мир, – «четыре свободы», за которые, по его мнению, американцы будут готовы сражаться, а если понадобится, то и умереть. Он начал:
«Мы стремимся к миру, построенному на четырех основополагающих свободах человека.
Первая – это свобода выражения своего мнения в любой части мира.
Вторая – свобода каждого человека исповедовать свою веру по-своему в любой части мира.
Третья – свобода от нужды, что на более простом языке означает экономическое благополучие, обеспечивающее каждой стране здоровую, мирную жизнь ее народа в любой части мира.
Четвертая – свобода от страха, что на более простом языке означает всеобщее сокращение вооружений до такого уровня и таким образом, при которых ни одна страна не будет иметь возможности совершить акт физической агрессии против своего соседа в любой части мира.
Это не видение далекого тысячелетия. Это определенная основа для мира, достижимого в наше время и в нашем поколении. Такой мир – полная противоположность так называемому новому порядку тирании, который диктаторы стремятся создать взрывом бомбы.
Этому порядку мы противопоставляем великую концепцию – нравственный порядок. Хорошее общество способно без страха противостоять и планам мирового господства, и зарубежным революциям».
Эти «четыре свободы» стали основой Атлантической хартии, провозглашенной Уинстоном Черчиллем и Франклином Рузвельтом в августе 1941 года, и Организации Объединенных Наций, декларация которой была подписана 1 января 1942 года (United Nations Declaration). Они также легли в основу Всеобщей декларации прав человека, принятой ООН в 1948 году, во многом благодаря трудам вдовы Рузвельта, Элеоноры.
Тема четырех свобод вдохновила иллюстратора Нормана Рокуэлла на создание серии картин, которые сначала были опубликованы на обложках популярного национального журнала The Saturday Evening Post, а затем на плакатах для сбора средств на военные нужды.
В наш век популистских лидеров, заявляющих о защите иудео-христианских ценностей и одновременно подрывающих демократию изнутри, целесообразно спросить, какого рода лидерство приводит к свободам, которые сформулировал Рузвельт.
Пусть Бог даст нам лидеров, которые будут стремиться к тому, чтобы эти свободы распространялись повсюду в нашем мире!
![](https://weeklyword.eu/wp-content/uploads/2024/07/Rockwells-headlines.jpg)
P. S. Заметьте: заголовок статьи в газете, которую держит отец, сообщает об ужасах бомбардировок. Словно новости этой недели…
До следующей недели,