Отец международного права

6 июня, 2021

Широкое осуждение недавней вынужденной посадки самолета Ryanair над Беларусью заставило меня задуматься о влиянии голландца, которого считают отцом современного международного права: Гуго Гроция.

Его статуя находится всего в 250 метрах от нашей квартиры, на стене бывшего здания амстердамской биржи, откуда открывается вид на гавань. Гроций, или Гуго де Грот, держит в руке толстый том под названием «Mare Liberum» («Свободное море»). «Море было международной территорией, и все народы могли свободно использовать его для морской торговли», – говорится в книге.

Несколько дней назад я проходил мимо этой статуи со своим десятилетним внуком и спросил его, что он знает о Гроции. Как и большинство голландских школьников, он смог ответить сразу: что тот сбежал из заточения в замке в сундуке для книг.

Эта история является частью официального канона голландской истории. Гроций (1583-1645) жил во время Восьмидесятилетней войны между Нидерландами и Испанией (1578-1648). Во время Двенадцатилетнего перемирия (1609-1621) голландцы прекратили борьбу с испанцами и начали внутреннюю борьбу – по причинам теологических разногласий. Гроций был советником ведущего государственного деятеля в борьбе против Испании Йохана ван Олденбарневелта. Принц Мориц Оранский, обвинив этих двоих в дестабилизации политического климата, арестовал их и предал суду в 1619 году. Последний был приговорен к смертной казни, а его советник – к пожизненному заключению в замке Лёвештайн недалеко от города Горинхем.

Побег

В 1621 году жена Гроция Мария спланировала побег своего мужа. В замок доставили большой сундук с книгами, которые предназначались ему для изучения. Гроций залез в сундук, который вынесли из замка через подъемный мост.

Обретя свободу, Гроций бежал в Париж. Там он опубликовал свою самую известную книгу «De jure belli ac pacis» («О праве войны и мира»), в которой изложена система принципов естественного права, которые являются обязательными для всех народов, независимо от местных обычаев и законов. Остаток жизни он провел в изгнании за границей. Последние десять лет – в качестве посла Швеции во Франции – посвятил переговорам об окончании Тридцатилетней войны.

Так какое отношение это имеет к инциденту с «угоном» Ryanair?

Возмущения, последовавшие за этим событием, демонстрируют, что страны, правительства и население во всем мире ожидают справедливости и честной игры, а также соблюдения международных соглашений. Но если мы учим, что люди – просто случайный продукт долгого материалистического процесса, почему бы не позволить господствовать закону джунглей – выживанию сильнейших? Очевидно, что ни одна цивилизация не может быть построена на такой предпосылке, не говоря уже о любом международном порядке.

Дело в том, что международное право в значительной степени сформировалось из предпосылки, что существует Бог, которому подотчетна вся человеческая жизнь. Голландские школьники не знают о Гроции того, что его христианская вера и мировоззрение сформировали его представление о том, как народы должны относиться друг к другу. Теология по-прежнему играет ключевую роль в международной политике, потому что то, что мы думаем о Боге, формирует наши представления о людях и обществе. В этом вся суть политики.

Международное право имело название еще во времена Римской империи: ius gentium, право народов, которое проистекает из концепции естественного права или принципов, основанных на совести. Тем не менее, после христианизации Римской империи развитие международного права – это история, сформированная до наших дней теологическими концепциями, которые аргументировались христианскими мыслителями, включая Иринея, Августина, Аквинского, Лютера и Кальвина.

По мере того как европейские державы открывали новые территории, возникли богословские дискуссии о том, как вести себя по отношению к новым народам, проживающим на этих территориях. Должна ли выполняться заповедь «любить ближнего своего» и по отношению к ним?

Краеугольный камень

Именно Гроций в большей степени, чем кто-либо другой, установил международное право как отдельную область, определяющую отношения между народами как во время войны, так и во время мира. Труд «Mare Liberum», отстаивающий свободу открытого моря, имел не только отношение к растущему числу европейских государств, исследующих и колонизирующих мир, но и сегодня остается краеугольным камнем международного права.

Гроций умер за три года до Вестфальского мира 1648 года, завершившего Восьмидесятилетнюю и Тридцатилетнюю войны. Однако его работа сформировала основу этого переломного события, положив начало нынешнему международному правовому порядку, основанному на независимых суверенных образованиях, известных как «национальные государства», равноправие суверенитет которых определяется прежде всего нерушимостью границ и невмешательством во внутренние дела суверенных государств, независимо от размера и власти.

Сегодня суверенитет получил ограничения в глобализованном мире, где бесчисленные международные соглашения связывают страны во взаимной подотчетности, но все же основываются на правовом порядке Гроция.

И хотя дарвинисты могут приветствовать тактику «сильного человека» Лукашенко, Гроций указывает на более высокую власть, которой диктатор в конечном итоге подотчетен.

Присоединяйтесь к нам в среду в 18.00 CEST, и мы побеседуем с тремя моими друзьями, людьми, которые работают или работали в Брюсселе на стыке политики и теологии: Джулией Доксат-Персер, Кристелем Нгнамби и Ари де Патером из общественно-политического отдела Европейского евангелического альянса.

Переходите на: YouTube.com/c/schumantalks

До следующей недели,




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.